300 тыс. тенге — средний чек у беззалоговых заёмщиков в Казахстане

В течение нескольких лет банкам придется поменять обыденные бизнес-модели


Казахстанские банки привыкают работать в непривычных для себя критериях конфигурации операционной среды. Продолжается отток депозитов, принципного источника фондирования. Стабильное укрепление бакса против гос валюты, когда по итогам 2018 средневзвешенный биржевой курс вырос с 333,4 до 381,2 тенге и продолжает оставаться на данной позиции, подбираясь временами к уровню 390, тревожит вкладчиков. Но банкам нечем на это ответить. Предельные ставки по срочным валютным депозитам для физических лиц составляют 1%, в реальности вознаграждение еще ниже: 0,4–0,5%. Для юридических лиц ставки фактически такие же, и экспортеры оставляют заработанную валюту за рубежом. За прошедший год валютные депозиты корпоративного сектора ужались на 400 млрд тенге, а с начала этого года отток удвоился – до 830 млрд тенге. В целом с января 2018 по январь 2019 база срочных вкладов БВУ сократилась с 11,7 трлн до 11,2 трлн тенге и еще до 11 трлн на начало июня.
Непостоянность депозитной базы фондирования – одна из событий, по которой все большее число банков уходит в куцее потребительское кредитование. Другими стимулами можно называть высшую маржинальность этого направления (даже с учетом высокой степени риска) и тот факт, что банки научились правильно выдавать кредиты. Современные скоринговые системы разрешают оценить риск-профиль клиента и непревзойденно предсказывают его выход на просрочку. Как следствие, потребительское кредитование растет ударными темпами и на начало 2019 года составило четверть всех банковских займов. К июню его часть добилась 28% совокупного ссудного портфеля. Предпосылкой послужили два фактора: сокращение размеров кредитования МСБ и корпоративного сектора, а также продолжающийся прирост займов в потребительском секторе.
Нужно выделить, что рост потребкредитов вызвал в экспертной среде споры относительно надувания в секторе кредитного пузыря. И, похоже, дискуссия метит в фаворитов рынка. Банкам, не входящим в круг главных кредиторов, тяжело туда попасть из-за весьма большенный конкуренции. К тому же кредитная масса, которую могут переработать банки и Казахстан в целом, ограничена численностью населения и его доходами. Если некий из банков, при условии, что у него не все непревзойденно с валютным положением, замедлит темпы кредитования, это повлечет для него определенные трудности. Чего же же, быть может, и добиваются начинатели упомянутой дискуссии.
Принципно также то, что она проходит на фоне схлопывания банковской системы. За последнее время прошли две огромные сделки по слиянию банков: Казкома и Народного, а также Цеснабанка и FirstHeartland Bank. На очереди объявленное слияние еще 3-х банков, которое никак не может окончиться. Спецы молвят про непонятное будущее как минимум 3-х средних банков, и все с нетерпением ждут итогов оценки характеристики активов БВУ, которое проводит Нацбанк.
Директор аналитической группы по валютным организациям Fitch Ratings Дмитрий Васильев считает, что беспокоиться насчет надувания потребительского пузыря еще рано.
— В 2018 розничный кредитный портфель банковского сектора вырос на 17% с упором на беззалоговое нецелевое потребительское кредитование, и мы ожидаем сохранения темпов роста на уровне около 15% в 2019. Мы отмечаем, что в последние несколько лет темпы роста розничного кредитования опережали темпы роста номинальных доходов населения. На данном шаге это не вызывает у нас важной обеспокоенности, с учетом эффекта роста с низкой базы и продолжающегося притока новейших заемщиков в систему. Проникновение розничных кредитов также остается низким (розничный кредитный портфель составил около 9% от валового внутреннего продукта на конец 2018), иными словами пространство для грядущего роста есть еще. Свойство активов в рознице остается хорошим, а ставки – высокими и стопроцентно покрывают кредитные угрозы. Но, если в течение еще нескольких лет розничное кредитование будет расти существенно быстрее доходов населения, это может привести к перегреву рынка, – считает Васильев.

Председатель наблюдательного совета Первого кредитного бюро (ПКБ) Руслан Омаров гласит, что рост потребительского кредитования не был нежданным, набирал темпы в течение 5 лет и обусловлен потребностью населения:
— Я не думаю, что закредитованность сейчас таковая высочайшая. Аналитические выкладки ПКБ показывают, что среднее количество кредитов на человека за фактически три года не весьма выросло: 1,79 на начало июля 2019 против 1,44 на начало 2017. Средний кредитный чек растет не абсолютно. С учетом того, что средняя зарплата официально в Казахстане составляет 150 тыс. тенге, а средний чек у большинства (больше 80% заемщиков беззалогового кредитования) не превосходит 300 тыс. тенге.
Еще одним вызовом для казахстанских банков сделалось снижение роли банковского сектора в экономике страны. Согласно обзору экономики за май 2019 года, представленному Нацбанком, в январе – мае инвестиции в основной капитал составили 3,9 млрд тенге и по сравнению с аналогичным периодом 2018 выросли на 7,8%. Главным источником инвестиций по-прежнему остаются собственные средства компаний – 85,2%. Заемные средства, в том числе кредиты забугорных банков, составили 1,7%. Для сравнения: в январе 2019 структура инвестиций по источникам была иной. Собственные средства хозяйствующих субъектов составляли 73,1%, а кредитные средства, в том числе забугорных банков, достигали 7%.
Опрос компаний реального сектора, а это 23 огромных и 18 малых компаний, проводимый Нацбанком, показал, что в первом квартале 2019 лишь 20% опрошенных обратились в банк за кредитом, а 17,2% получили кредит. При всем этом оценки компаний относительно ценовых (уровень ставок по кредиту, размер доп комиссий) и неценовых (больший размер и срок кредита, требования к валютному состоянию заемщика, к обеспечению) аспект кредитования остаются негативными. Хотя количество компаний, отмечающих ухудшение этих аспект, умеренно снижается. Средние процентные ставки по кредитам в тенге, полученным участниками мониторинга, снизились и составили 12,6%; по кредитам в инвалюте, напротив, отмечается малюсенькое увеличение – до 6,9%. Тогда как применимая для компаний процентная ставка по кредитам в тенге составляет 7,1%, по кредитам в инвалюте – 3,1%.
— Кредитование юридических лиц практически не растет. В 2018 рост корпоративного портфеля, скорректированный на движение валютных курсов, ликвидацию нескольких малеханьких банков и выкуп проблемных активов, у Цеснабанка составил лишь 1%. Мы ожидаем, что темпы роста корпоративного портфеля сохранятся на самом небольшом уровне в 2019. Парадоксально, но уровень кредитного риска по корпоративным кредитам в Казахстане выше, чем по розничным, из-за более высочайшей концентрации, нередко низкой валютной прозрачности корпоративных заемщиков и упора банков на проектное финансирование, а не на оборотное кредитование, – разъясняет ситуацию Васильев. – Количество классных корпоративных заемщиков в экономике ограничено, и они кредитуются в наиболее огромных банках или за рубежом по наиболее низким ставкам. При всем этом банки предпочитают выдавать наиболее гранулированные розничные кредиты с прогнозируемым уровнем кредитного риска и по более высоким ставкам по отношению к огромным корпоративным кредитам по низким ставкам.
В последние годы – и это очередной не весьма приятный для банков фактор – финансирование экономики идет за счет госпрограмм, число которых, судя по всему, слабо контролируется, и они уже начинают конкурировать друг с другом. Под занавес 2018 Нацбанк приступил к реализации Программки льготного кредитования приоритетных отраслей экономики, в рамках которой банкам предоставили долгосрочное фондирование на сумму 600 млрд тенге. На конец июня в программке участвовали 10 банков. Ими принято 146 заявок на сумму 130,1 млрд тенге, из которых одобрено 69 проектов на сумму 33,8 млрд тенге и выдано 38 займов на сумму 18,5 млрд. Как видно, банки консервативны в оценке кредитоспособности заемщиков и не хотят рисковать средствами, выданными государством на возвратной базе. Любопытно, что согласно обзору Нацбанка по экономике за май 2019, который Forbes Kazakhstan цитировал выше, часть экономичных средств в инвестициях в основной капитал снижается с начала года – с 12% в январе до 8,7% в мае.

Спецы считают, что будущее казахстанских банков все-таки соединено с кредитованием, а не с иными, например транзакционными, услугами и цифровыми сервисами, которые будут выступать как логичный апдейт банковского бизнеса. Для роста кредитования нужен расцвет экономики в целом и МСБ в частности. Без массивного МСБ банкам просто не на чем будет зарабатывать. И здесь, естественно, следует отыскивать соглашение меж банковским кредитованием и госпрограммами.
— Вопросец глобальный: куда мы, как правительство, движемся? Городской капитализм или рыночная экономика? Если 1-ое – у нас есть национальные холдинги, которым, по сути, не требуется местное финансирование, они могут без помощи остальных финансировать все свои и не только лишь только потребности. Если 2-ое – должно произойти кардинальное изменение в векторе движения. И мы должны начать процессы по обучению людей основам предпринимательства, выявить проблемные болевые точки в экономике. Например, отсутствие местного производства или переработки чего-либо – как пример, наличие незагруженных мукомольных комплексов и очередь наших производителей на комплексы в другой стране. В свое время этим занимался Госплан, и у нас тоже необходимо провести анализ массивных и слабых сторон. Через институты развития поддерживать, стимулировать, субсидировать МСБ в этом направлении. Рыночные банковские ставки непосильны для МСБ. Нет залогов, и бизнесу приходится отыскивать финансирование за счет госпрограмм. Городские институты развития важны для становления МСБ. Компании, которые стают на ноги, «выстреливают», умеренно переходят на работу с банками. Устойчивые компании могут потянуть ставки, которые на данном шаге дают банки. Если хотим жить за счет сервиса и производства, необходимо перестраивать экономику и обдумывать, что зарабатывать можно на МСБ, как во всем мире, – убежден Омаров.
Он считает, что банки зря пеняют, что институты развития перехватывают их клиентов. Ведь ИР работают через банки-операторы и дают им возможность нарастить клиентскую базу и заработать. Банки в свою очередь должны врубаться в процесс и начать консультировать клиента – как правильно вести бизнес, как масштабировать его и не разориться. Им следует развивать консалтинговое направление бизнеса, хоть оно и не профильное для их. Не все клиенты, приходящие в институты развития, могут вести бухучет, планировать бизнес. Задачка банка, ИР и страны состоит в том, чтобы МСБ рос и развивался.
— Повсевременно молвят – взращивай клиента. Даже если клиент пришел на рассчетно-кассовое сервис, его можно вырастить до уровня, когда ему потребуются средства на масштабирование бизнеса. Все зависит от стратегии банка, – резюмирует Омаров.
Судя по экспертным воззрениям, которых сейчас предостаточно в СМИ (Средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле- и видеопрограммы) и соцсетях, банки навряд ли вернутся к модели бизнеса, построенной на том, чтобы занять дешевенькие средства в одном месте, передать их в рост и жить на проценты от прибыли. Но консалтинг – более длиннющий и трудоемкий вид заработка, чем, допустим, инвестиции в краткосрочные обязательства Нацбанка. Тем не наименее, если банки не смогут перестроиться и стать для клиента больше, чем посредник в передаче чужих заемных средств, они надолго могут потерять инициативу во отношениях с МСБ на кредитном рынке.

Оцените статью
"АО"Темир-Кредит" Адрес: Республика Казахстан, 050008 Алматы, проспект Абая, 68/74. Телефон: +7 (727) 258 78 88 ИНН (РНН): 600 700 053 751 Лицензия АФН РК №103
info@temirbank.kz
+7 (727) 244-60-60
Онлайн консультант